Но бывает другая любовь. Тихая и надежная, словно свет полной луны.
Луна не такая яркая, как молния, и не такая красивая. Но на нее можно любоваться всю ночь, а не один миг… И она никогда не ударит и не обожжет, и не оглушит громом… Но молния появляется быстро, за мгновение, а полная луна рождается целый месяц. И так легко привлечься быстротечной, но яркой вспышкой! А потом другой… И третьей… И четвертой… И вся жизнь будет похожа на грозу от вспышки до вспышки, между которыми приходится зажимать уши от непереносимого грома!.. Так легко любоваться быстрыми вспышками, и мы бежим за грозой, не желая ждать, когда рассеются тучи и на чистом небе взойдет полная луна, своим неярким светом принося покой и тихое счастье… Так трудно ждать. Так трудно терпеть. Долгие тридцать дней. До полнолуния…
* * *
– Не жалеешь, что мы не стали отмечать?.. Ведь ты так любишь…
– Сегодня не тот день, который надо отмечать в шумной компании. Сегодня мы должны быть только вдвоем. И никого больше. В целом мире. Только ты и я. Весь день.
– Хорошо… – Мужчина улыбнулся. – Только ты и я… Неужели, сегодня ровно тридцать лет?!
– Да… И был точно такой же теплый осенний вечер…
– Но не такой тихий!.. – засмеялся мужчина.
– Да, свадьбы не бывают тихими… – женщина тоже улыбнулась. – А помнишь, ты тогда чуть не…
– Вот только не надо!.. – расхохотался мужчина. – А то я тоже чего-нибудь вспомню! Чей это родственничек посреди застолья… Милая, неужели и правда тридцать лет прошло? Не верится…
– Не верится… Давай, выйдем на веранду. Уже темнеет…
– Да, осенью быстро темнеет… Ты точно не жалеешь, что весь день мы провели дома? А я хотел повести тебя куда-нибудь… Выбрать подарок… Ведь ты осталась без подарка на тридцатилетие свадьбы!..
– Нет, не жалею… Уже давно-давно моим лучшим подарком стало просто быть рядом с тобой…
– И моим… – Мужчина и женщина вышли на веранду своего небольшого загородного дома. Было свежо, но не холодно. С полей тянуло запахом прелого сена, – нерадивые крестьяне опять не успели убрать стога до первых дождей… А иногда проносился залетный ветерок, и слабый хвойный дух рассказывал всем, что молодой гуляка играл среди сосен, стараясь уронить побольше шишек…
– Как хорошо!.. – Они сели за дубовый стол и стали смотреть за горизонт. Потихоньку зажигались звезды. Сначала самые яркие, а потом и их более скромные подружки.
– Люблю безоблачные ночи… – вдруг сказала она.
– Да… Мы так быстро пробегаем по жизни… Иногда кажется, что у нас нет времени даже оглянуться, не то что остановиться и посмотреть вверх, на звездное небо!..
– Только влюбленные смотрят на звездное небо…
– Да, только влюбленные могут остановиться и посмотреть вверх. Потому что для них мир замирает, и вдруг оказывается, что уже не надо никуда бежать!.. А потом они перестают любить и снова несутся куда-то, просто теперь уже вместе, зачастую только мешая друг другу…
– Получается, мы и спустя тридцать лет любим друг друга, если каждый вечер выходим на тихую веранду и смотрим на зажигающиеся звезды?..
Мужчина улыбнулся.
– Наверное. Но не только поэтому… О, ты чувствуешь?! – К запаху прелого сена и хвойному лесному духу добавился удивительный аромат. Аромат дома и уюта. Аромат свежего хлеба. – Каждый вечер я вдыхаю этот запах, но так и не смог привыкнуть!..
– Уже унюхал, медвежонок?! – женщина тихонько выбралась из-за стола. – Сейчас-сейчас…
– Почему медвежонок? Медведи любят мед и варенье. А я люблю твои булочки с маслом!
– Все равно медвежонок! – сказала женщина и ушла на кухню. На кухне она первым делом открыла окно, чтобы густой хлебный аромат заполнил всю веранду, а потом посмотрела в печь. Тесто поднялось и уже собиралось подрумяниться, превратиться в аппетитную, круглую булочку…
…Уже тридцать лет, каждый вечер, в этой маленькой печке поднималось и подрумянивалось тесто. Каждый вечер оно превращалось в круглую, красивую булочку…
Женщина зажгла огонь и поставила чайник. Через пять минут вода закипит. Как раз к булочке… Женщина взяла из холодильника свежего масла, – сегодня утром его принес заспанный молочник, – взяла тарелки и вернулась на веранду.
– А где наша булочка? – спросил мужчина.
– Уже покрывается твоей любимой желтой корочкой и ждет не дождется, когда ты ее съешь… – Женщина снова исчезла в доме.
Чайник на плите закипал, сердито выпуская пар из носика. Женщина выключила газ и еще раз заглянула в печку.
– Готова, красавица? – спросила она вполголоса и открыла прозрачную дверцу. – Пора на стол.
– А вот и моя любимая женушка с нашей любимой булочкой! – сказал мужчина, когда женщина вернулась на веранду.
– Совсем стемнело, – сказала женщина, ставя на стол поднос с двумя стаканами чая и свежей булкой под салфеткой. Чтобы не остыла. – Включить свет?
– Не надо. Давай, сегодня посидим в темноте. Просто вдвоем…
– Хорошо, давай… – женщина села напротив мужа. Их лица белели в сгущающихся сумерках, а в глазах отражались звезды…
– Твои глаза, как две звездочки… – удивилась женщина. – А при свете я этого не замечала…
– И твои… Так красиво… За окном тоже звездочки, но они такие далекие и холодные… А твои – такие близкие и теплые… Кстати, о тепле. Если мы так и будем сидеть, булочка остынет!..
Женщина засмеялась и потянулась к подносу. Руки сами собой стали проводить давний ритуал, которому сегодня тоже исполнилось тридцать лет. Правая рука убрала салфетку, а левая взяла пухлую круглую булочку; правая пододвинула тарелку с маслом и взяла серебряный нож…
Булочка была такой же красивой, такой же круглой, как и тридцать лет назад.
– Хочешь, я к вечеру испеку тебе чего-нибудь вкусненького? – спросила тогда молодая жена.
– Хочу. К чаю, да? – сказал молодой муж.
– К чаю… – согласилась она, и засуетилась на пока незнакомой кухне. Она очень боялась, что у нее не получится, что новая печка подведет ее… Боялась напрасно. Тесто поднялось и подрумянилось. Булочка получилась замечательной. Выпуклая, пушистая сверху и плоская, поджаренная снизу; сверху покрытая желтой пупырчатой корочкой, а снизу – коричневой, маслянистой…
И тогда она первый раз поставила поднос на стол, первый раз убрала салфетку и взяла в руки нож. Она разрезала булочку поперек, на две половинки. Намазала каждую маслом…
– Тебе какую? Верхнюю или нижнюю? – спросила она.
– Верхнюю… – ответил он.
С того дня прошло тридцать лет, и каждый день женщина к вечернему чаю пекла неизменную булочку, и каждый вечер супруги садились вместе, и каждый вечер женщина разрезала булочку поперек, мазала маслом и протягивала верхнюю половинку мужу… Так было уже тридцать раз по триста шестьдесят пять дней…
…На темной веранде неожиданно проснулся сверчок, а потом так же внезапно затих. И вдруг стало слышно, как за окном надрывно звенит тишина…
…Она взяла серебряный ножик и разрезала булочку на две половинки. Верхнюю, с желтой, пупырчатой корочкой и нижнюю, с коричневой и поджаристой. Намазала свежим маслом. Горячий мякиш жадно впитывал податливые желтые кусочки… Руки делали привычную работу, как и всегда. Женщина улыбалась. Сейчас ее рука, как и много раз до этого, протянет верхнюю половинку булочки мужу. Он возьмет, и они будут долго-долго пить чай, глядя друг на друга и в окно, на звездное небо… Ведь так было уже тридцать раз по триста…
Ее руки остановились. Почти остановились. Нож продолжал елозить по верхней половинке, но все тише и тише…
Женщине стало грустно. Она посмотрела на две половинки булочки, и ее сердце вдруг забилось быстрее…
«Тридцать лет!.. – подумала она. – Тридцать лет мне хочется попробовать верхнюю часть булочки! Она такая пушистая, с желтой корочкой… Я никогда не любила нижнюю. Она слишком твердая и жирная… Но что я могла поделать, ведь муж тоже любит верхнюю…
Но ведь сегодня тридцать лет нашей свадьбе… Неужели он обидится, если я хотя бы раз возьму себе верхнюю половинку?.. Пусть это будет его подарком на наше тридцатилетие… Он не рассердится…»
Руки не слушались. Они должны были сделать то, чего никогда не делали!.. Сердце женщины готово было выскочить из груди. Нелегко нарушить традицию, которой исполнилось тридцать лет…
«Но мне так хочется попробовать верхнюю половинку… Он не рассердится… Ведь сегодня – тридцать лет нашей…» – и женщина, с трудом сдерживая дрожь в руке, протянула мужу нижнюю половинку булочки!..
Она видела, как дрогнула рука мужа, принимая непривычную половинку, видела, как округлились его глаза, и в них отразилось больше звезд…
– Милая, мне так стыдно, – сказал мужчина. – Я оставил тебя без подарка в такой день! А ты меня – нет… Ты придумала самый лучший подарок!..
